velchelvsel

Что это за мир, в котором, спросив девушку, есть ли у неё парень, следует спросить, нет ли у неё девушки?

Я не радуюсь, потому что разучился, жестокость вызывает кривую ухмылку. Хохочу, кода плохо.

Устал знать как всё будет - будешь пессимистом - будешь провидцем.

Устал не чувствовать, чувства сдохли - нет их, одно предчувствие.

Устал жить без надежды - знаю что будет.

Устал от мерзкого московского дождя. Это вам не ткеплый добрый ливень.

Устал просыпаться посреди ночи, желая только Её, топя желание в алкоголе.

Не боюсь.

Не оглядываюсь - хуже, чем впереди быть не может.

Не лгу - правдой легче напугать.

Я рыцарь духа в порочном, дьявольском теле. Прекрасный в духовном и ущербный духом в порочном теле своём, извращающем прекрасное, Божественное. Мёртвый давно, заведомо мёртвый, и вечно живой в своих принципах, мыслях, чувствах. Трепещущий, испуганный желаниями своими, удерживаемый на плаву своими помыслами.
Мир вокруг восхитителен, в минуты просветления и прозрения, когда я как струна содрогаюсь от восторга, являясь и производящей и приемлющей сутью музыки сфер. Он отвратителен, когда я наполненный низменным и страшным, пугающе тёмным, безысходным и бессмысленным, падаю комом грязи в ткань плетения, искажая узор, распространяя вокруг зловоние и мерзость. Гармония, ужасающая гармония того, что малое зло, исторгаемое мной, делает меня ещё хуже и побуждает исторгать зло большее. Мне непонятно откуда взялось это.
О да, в детстве я был страшным ребенком, пауком своего окружения, манипулятором, садистом. Но я же менялся, люди любящие меня бескорыстно, сделали меня другим. Сильным, всемогущим бездоказательно и непримиримо. Откуда это возникло снова. Что могло извратить дух, человека, которого любит столько других благородных духом людей. Я же личность с осознанием своего предназначения, я не должен, не имею права становиться хуже, иначе вклад этих людей бессмысленен и порчен в растрате своего прекрасного существования на гибнущую душу.
Что-то убивает меня. Помыслы мои уже не чисты, суть их прежняя, но внутренний позыв другой. Выгодно ли это, что обломится мне. Смысл моей жизни превращается в карпа, по чьему озеру расползается масляное пятно. Я уже ублюдок духа. Мне дано испытание. А я его проваливаю, меня поддерживают, но мазохистский восторг проигрыша совращает меня. Но только я-то не свинья, что бы жаждать найти грязь и хорошенько в ней изваляться. Я ещё держусь и время, утекающее между пальцами, создаёт иллюзию необходимости скорого выбора. В горячке этой погони я боюсь оступиться, упасть окончательно.
Я не то, я другой, я хочу сделать лучше себя и мир. Но что делать, когда от меня всё только хуже я не знаю. Агония умирающего предназначения часто по ночам терзает меня. Я опустошаюсь, деревенею, становлюсь предметом интерьера. Пытаюсь не делать ничего, дабы не делать хуже и, следовательно, не делаю лучше, и худшее при таком раскладе выигрывает.
Я думал, что меня опустошает страх смерти, это страх часто повергает в бездействие. Если не успеешь чего-то, то не успеешь ничего. Но я не боюсь смерти, мне есть с кем побеседовать и на том свете. Я боюсь не суметь. Надо делать что-то, надо жить, надо осуществить свою мечту, но когда ты хоть единожды падаешь в грязь, то и отмывшись, ты уже не тот, ты хуже. И единственное что остаётся, сожалеть о падении, уповать, что моешься ты не худшей грязью, чем той, в которую ты упал. А зачастую мы лечимся вовсе не тем, чем надо. Эффект антибиотика. Убить себя ещё больше, чем тебя бы ослабила болезнь.

О, да вы - Уникум.

Невероятно! Я затрудняюсь определить, кто же вы есть на самом деле. Так много талантов и разносторонних знаний у одного человека! Я всегда думал, что времена гениев-универсалов, типа Леонардо да Винчи прошли, но вы самим фактом своего существования опровергаете это утверждение. Впрочем, есть еще один вариант… Позвольте полюбопытствовать, вы, случайно, не Google?

Пройти тест

- Я часто во сне представляюсь себе седым и одноглазым...
- Да, а мне кажется тебе пойдет...
- !?

( Ещё фотографии... )

там ещё

( Read more... )

Когда я наедине с собой, мне незачем употреблять общественые модели поведения; и мне очень страшно.

Фотографии





( Read more... )

У меня насморк - самое худшее, что может случиться с человеком, у которого хронический тонзилит.

Хуже всего, что из средств, мало-мальски подходящих против насморка у меня есть только ментоловая мазь, которую подарил нам знакомый патологоанатом.

И как я себя чувствую в четыре ночи, с забитым носом, не имея возможности уснуть, с противотрупной мазью под носом.
Очевидно, разнылся.

Несколько фотографий (много). Сразу скажу, что мне здесь нравятся всего две фотографии. Одна очень. Все остальные на мой взгляд хуже, чем так себе. Нечто вроде update'a.






( Read more... )

Тут такое дело, фотографии просятся на публику)))





( Read more... )

C Новым Годом!!!

Окружение - антагонист изменения личности.

Жизнь - дешёвка. Ценность имеет её наполнение.

Мне кажется, что у меня хорошо получилось бы быть другим человеком. Злым, бесчувственным, хаотичным.

Если когда-нибудь я попрошу подарить мне дробовик, болгарку и много чёрных пакетов не приносите подарок сами.

Все когда-нибудь просыпаются, но мне нравятся мои сны, я хожу по ним с осознанием безграничных возможностей воплощения моей воли. Непослушные видения рано или поздно сгибаются, не выдерживая моего вторжения в казалось бы их сферы. В конечном итоге не остаётся ничего кроме моего духа поглотившего и понявшего всё вокруг, а в духе вдруг не остаётся и меня - только общность и ясность, не нуждающаяся в выражении.

Я иду по очередному сну, привычному, частому - наиболее реальному из всех моих снов. Дует ледяной северный ветер, уверен, вы тоже обратили внимание на него. Удивительный ветер - пробирающий до костей, страшный, несущий поземку по чёрному асфальту. Этот ветер срывает с меня всё чем я успел разжится: эмоции, мысли, мечты. Всё исчезает, остаётся лишь кокон пустоты, сплетающийся вокруг; любое внутреннее стремление отражается от его стенок, резонирует, усиливается, поглащает меня всего - и нет больше сна о ветре.

Я стою на глыбе, вокруг разбросаны низкорослые деревца и островки мха, вмороженные в болото. Далекое желтое Солнце медленно ползет вдоль горизонта, оно не жжет мои глаза, вопреки обыкновению, оно дразнит ледяную кожу далеким теплом. Я одет не по погоде, но ощущени того, что никакая одежда не спасла бы меня от холода вокруг, не пропадает. Тело начинает бится в жалких попытках разогнать кровь по конечностям, дух смотрит на это с равнодушием, он уже понял что попал в единственное место, где ему всегда будет хорошо. Это мой мир - пустоши вечного холода, веселья солнечных бликов, печали, яростных порывов.

Я выявляю метания солнечных зайчиков, призрачных отсветов, паутинок мечты и они становятся Ей. Этот мир приятен для Неё, даже нравится, но далеко не так как Она нравится мне. Я размыкаю, клинящие от холода пальцы и подаю руку, чтобы Она могла подняться ко мне. Мы стоим, держась за руки, и Солнце описывает бесконечные круги вокруг нас, и я счастлив, но горечь, оттого, что Она не принадлежит моему миру не покидат мысли, но это мой мир и всё в нем подчинено мне, и я обрушиваю на Неё волны своих чувств, мыслей - свою волю, забывая о том, что Она, не видение и не призрак, и Она рассеивается, уходит, я с криком бегу за Ней, зову Её.
То ли от моих криков, то ли от потери концентрации всё начинает рушится: воздух вокруг начинает жечь гневом, мерзлота, сковывавшая мох, начинает вскипать болотами обиды, распространяя зловоние ненависти, и я пропадаю...

Все срочно идут сюда http://www.guitart.ru/. Блог, сердечно любимого мной denzjama

Как вам кажется, семь доказанных теорем по дифференциальным уравнениям, тринадцать альбомов Rolling Stones, третий литр чая за день это нормально?

Если нет приходите в гости ) - тогда я буду пить меньше чая.

Начать с того, что всю ночь сегодня я подскакивал и начинал осматривать комнату, в Москве не бывает темно, и комната была вся равномерно высвечена чёрным и страшным.
По-моему, я уже говорил об ощущении часто возникающим у меня - ощущении что что-то не так, как должно быть. Всё очень привычно, но какая-то мелкая деталь, неосознаваемая напрямую, вторгается из мира вокруг, вгрызаясь в сознание, не раскрывая себя, но причиняя ощутимый дискомфорт, а порою вызывая и страх, и почти физическую боль или хотя бы тяжесть в затылке. Такое бывает, когда, прогуливаясь по лесу, замираешь вдруг, а секундой позже падает прогнившая осина или когда ночью идешь по аллее и в знакомых шорохах слышишь нечто непривычное и настораживающее.
( Read more... )

Казалось бы простенькое и недлинное стихотворение сэра В.С., не раз слышанное мной с экрана, проигрывающего День Сурка, сегодня меня чуть не доканало.

Была сегодня физ-ра бегали - около пяти км, вышел я с неё - счастливый почти что, спокойный, не имевший никаких ровным счетом сил думать и, следственно, не думавший. Так хорошо мне уже давно не было.
И тут какая-то, на шпильках наступила мне на ногу, и снова я терпеть не могу всех и вся. Вот объясните, это нормально, что раздражение нарастает по экспоненте? Может это такой скачек качественный? От переходного возраста к кризису среднего, или вторая волна переходного?

Сегодня мне пыталась нахамить продавщица в кафе. Я высказался в том плане, что "если мы хотим сохранить лицо, то надо быть вежливее", она побледнела, и запнулась, и вовсе замолчала, а я почувствовал удволетворение и стыд.

Хожу и напеваю - состояние близко к коллапсу.

Приходите в гости в любое время, буду рад. Уверен.

Наконец-то дождь, я люблю дождь.
Я люблю любой дождь. Ещё с детства.

Когда мне было два-три года, мы жили в месте между Новосибирском и Бердском - Новом поселке. Там стоял один дом, с полудостроенными четвертым и пятым этажами, и у нас была однокомнатная квартира на третем. Там мне было очень здорово, у меня было место отгороженное сервантом-стеллажом и шторкой, стоял патифон с тысячей пластинок и всего одной нелюбимой: Рики-Тики-Тави (там в середине шипела Нагайна, и мне было страшно - по необъяснимому стечению обстаятельств родители всегда выходили курить ставя её).
Ели мы, сидя на полу по-турецки, за невысоким деревянным столиком перед ч/б телевизором (позднее, когда излучательная трубка перегорела, мы использовали его в тандеме с цветным, у которого наоборот не работал звук).
Когда у нас были гости - было здорово - гостей всегда было много, несмотря на сложное финансовое состояние.
Я заставлял гостей играть в прятки - прятаться было негде, но, все упорно притворялись, что не видят меня под столом или в углу за диваном. Папины гости, правда, иногда не нуждались в притворстве)
( Уже пять (AM), не судите за ошибки... )

На меня не нападают собаки, даже гавкают крайне редко. Любят они меня, и я их тоже - восхитительные животные - не то что лошади.

В Омске я был на стройке дома у одного дядиного друга, и стройку охраняли дворовые псы - дворберманы, как их называл хозяин.
Меня предупреждали, чтобы я не мозолил им глаза, не ходил рядом, что я всегда игнорировал. Ходил туда-сюда: собака повизгивала и радовалась - все удивлялись, но предостерегали, что, дескать, зверь может напасть по непонятным нам причинам. Я отвечал, что если создам непонятную себе причину, то, хотя бы будет повод подумать.
И вот я иду как раз по отведенному для собак пути пространству. Внезапно одна из собак - бОльшая и злющая кидается на меня абсолютно молча, как кидаются только самые страшные псы. Я машинально отмахиваюсь, падая, и хватаю её за уши и шкирку. Собака, на удивление, не щериться и не огрызается, хотя я знаю, что даже в таком вздернутом - подвешенном состоянии она может достать до руки. Я, на всякий случай, встряхиваю её и отпускаю. Она, только соприкоснувшись с землей, срывается с места и бросается к пакету, который я бросил, когда падал.
Там курица, а я идиот.
А ещё мне было очень обидно: ну в самом деле, не уж-то какая-то курица лучше меня!
И, конечно, чуть-чуть остаточно страшно.